Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

юзерпик от Смолева

Сказочницы 17 века

В 1695 году Мари-Жанна Л'Эрритье де Вилландон опубликовала сборник из трех сказок. Год спустя ее примеру последовал ее дядя, Шарль Перро. В те годы он не так уж выделялся на фоне знаменитых французских сказочниц, селебрити своего времени.



Мари-Жанна входила в литературную группу жанра прецизиозного письма, получала призы Французской академии, сотрудничала с литературными журналами. Она была первой француженкой, пытавшейся основать газету (под названием "Веселая эрудиция, или ученые сатирические и галантные новости, написанные одной французской даме, находящейся в Мадриде"), в которой собиралась спорить с мейнстримной литературной критикой.

Она входила в салон Мари-Катрин д’Онуа, написавшей множество французских сказок, ставших классикой. Мари-Катрин в 15 лет выдали за барона Д'Онуа, который был старше нее на 30 лет, пьянствовал и изменял. Мари-Катрин пыталась избавиться от супруга, обличив его в оскорблении короля (в расчете, что его казнят). Но суд оправдал барона, казнил друзей его жены, а сама Мари смогла убежать через тайный ход и спрятаться в церкви под катафалком. Пятнадцать лет она провела в эмиграции в Европе, а после помилования вернулась в Париж и основала литературный салон и посещала салоны других литературных дам. Была принята в Академию деи Рековерати в Падуе.

Шарлотта Комон де ла Форс - написала еще несколько сборников сказок. Одну из них мы больше знаем в адаптации братьев Гримм под названием "Рапунцель". У Шарлотты был длинный роман с Шарлем Брионом, который был моложе нее, и ей удалось, наконец, тайно выйти за него по разрешению короля, но вмешались родители и добились аннуляции брака. Из-за слухов и сплетен король велел ей переселиться в бенедектинское аббатство (или лишиться государственного пенсиона).

Генриетта Жюли де Мурат - опубликовала три тома сказок. В 1699 году разгорелся скандал, ее обвинили в "шокирующих практиках и верованиях" (включая лесбийство). Ей пришлось расстаться с мужем, мать лишила ее наследства, и ее отправили в заключение в замок Лош, где оказалось, что она беременна. Она пыталась сбежать, переодевшись в мужскую одежду, и после этого сидела еще в двух тюрьмах. Только в 1709 году она получила частичное помилование и должна была отправиться и жить в доме своей тетки.
юзерпик от Смолева

Адам Черняков и его дневник

Адам Черняков — польский инженер еврейского происхождения, в 1930-е гг. — сенатор Польши. В 1939—1942 гг. возглавлял юденрат Варшавского гетто. Совершил самоубийство, узнав о том, что нацисты планируют массовую депортацию евреев из гетто в лагерь Треблинка.

По заказу Зимина И. А. я перевела фрагмент дневника Чернякова (отсюда).

"8 октября 1939
Утро с 8.30 до 12 в СС. Ждал ключей. Позже полицейский проводил меня, чтобы отпереть зал собраний. Оставшиеся комнаты были заперты и опечатаны. В зале поставили двадцать четыре стула и составили опись.

25 октября 1939
Утро в конторе. Сдавал радио.

18 ноября 1939
Гетто отложено на несколько месяцев. Юденрат получил распоряжение установить по его границам знаки с надписью Achtung Seuhengefahr Entrit Verborten (Внимание – Эпидемия – Вход запрещен)

30 ноября 1939
Принесли газету Nowy Kurier Warszawski с объявлением о нарукавных повязках для евреев, отметках на еврейских магазинах, а также о казни 53 человек с улицы Налевки.

20 декабря 1939
Запрещены молитвы в синагогах. Слухи о Пражском гетто.

17 января 1940
Сегодня должен приготовить отчет о моей еврейской собственности. Увы, я владею не многим, хотя в наши дни это к лучшему.

25 августа 1940
С утра в общине. Кто-то спросил меня, к чему вообще все мое председательство. Я сказал, что оно помогло мне сбросить вес. Заблудовский вернулся.

Наши рабочие в лагере в Бельзеке, далеко от Люблина. Лагерь не под контролем Arbeitsamt.

5 сентября 1940
Утром в Гестапо по поводу рабочих из батальона и тех, кого арестовали вчера на площади Unia.

Румковский из Лодзя навестил меня в общине в компании человека из СС и руководителя Отдела питания.

14 октября 1940
Только что была опубликована прокламация Фишера о гетто. Границы не совпадают с планом, который мне передали. Легионы евреев из Праги перебегают в Варшаву, их тележки полны жалкого скарба.

4 ноября 1940
Когда я появился в штабе гарнизона, дежурный набросился на меня, и бил по голове пока я не упал. В этот момент солдаты начали пинать меня ногами. Когда я попытался встать, они накинулись на меня и скинули с лестницы. На середине пролета они побили меня снова. В конце концов меня затащили в грузовик, но скоро приказали перевести в другой… Затем меня повезли вместе с Зингером, Зильберштейном и Поповером сначала на проспект Шуха, потом к тюрьме Павяк, к университету, и назад на Шуха.

8 ноября 1940
Свинцовое небо. Идет дождь. На завтра вызвали к Менде. Майор Хохенауэр позвал меня на собрание по поводу Службы порядка. Я пошел на встречу с ним с Шеренским.

20 ноября 1940
Утром в общине. В 10 утра в Umseidlungsamt, они разместят Консультационный пункт (Exchange Office) рядом с гетто.

5 мая 1941
Утром в общине. Юденрат переходит к самоуправлению со старостой (председателем) в качестве мэра.

8 мая 1941
Кажется, что доктор Ауэрсвальд будет комиссаром по еврейским вопросам, а Монс – начальником района (губернатором). Несколько дней назад Ганцвайх организовал встерчу и продержал гостей всю ночь. Среди приглашенных был Корчак (!!), естественно, Станислав Розенберг, Глоцер и т.д.

10 мая 1941
Утром Шерер сообщил мне, что его заменит Кнолл. Кнолл расспрашивал, почему Ганцвайх и Штернфельд пытаются выдавить меня из Юденрата, добавив, что они та еще пара.

14 мая 1941
Монс сообщил, что губернатор назначил меня мэром еврейского квартала.

16 мая 1941
Румковский по телефону сообщил, что завтра побывает в общине.

30 мая 1941
Ауэрсвальд сказал, что «13» будут подчиняться Юденрату. Ганцвайх должен быть допущен в власти в общине, вероятно, как юрисконсульт.

11 июня 1941
Утром в общине. Шел дождь. К счастью, за это нам в общине платить не надо.

21 июня 1941
Утром в Гестапо. Мюллер, которого я посетил с Шеринским, объявил, что поскольку Ганцвайх получает прибыль от недвижимости, он не будет иметь отношения к власти в общине.

21 июля 1941
В общине я получил письмо от комиссара по поводу конторы Ганцвайха – Отдела по борьбе с черным рынком и спекуляцией в Еврейском районе Варшавы – согласно которому он отныне распущен.

2 августа 1941
В субботу, как обычно на проспекте Шуха с Шеринским. Мы никого не встретили. Командующий Мюллер переведен в Люблин.

13 октября 1941
Гендель представил меня арийскому подрядчику, который будет возводить стены.

31 октября 1941
Я прошел по новым улицам, которые будут включены в гетто. Какие убогие здания и улицы.

4 ноября 1941
Ауэрсвальд обошел строящиеся стены.

12 ноября 1941
Мы получили неофициальное сообщение, что те, кого поймали при попытке покинуть гетто, будут послезавтра расстреляны в тюрьме для евреев.

17 ноября 1941
В 7.30 расстрел в тюремном дворе.

13 декабря 1941
Я переехал в квартиру в доме 20 на улице Хлодна.

19 января 1942
Я слышал, что Ауэрсвальда вызвали в Берлин. Не могу отбросить страшное предчувствие, что евреям Варшавы угрожает массовое переселение.

23 января 1942
Я поехал повидать Ауэрсвальда, чтобы спросить его, не получил ли он новые инструкции из Берлина. Он ответил, что его поездка в Берлин была частной.

25 января 1942
Ночью задумался о том, что родился на улице Зимна, а умереть хочу на улице Хлодна. Зимна на польском значит холод, а Хлодна – холодный.

19 февраля 1942
Заходил к Ауэрсвальду. Он вчера инспектировал тюрьму. В итоге 50 людей были направлены в лагерь, видимо, в Треблинку.

23 февраля 1942
Утром в общине. Один приятель спрашивает у другого: какие новости с фронта? Понятия не имею, у меня квартира с тыльной стороны дома, отвечает тот.

1 апреля 1942
Новости из Люблина. 90% евреев должны покинуть Люблин в течение следующих нескольких дней. 16 членов совета вместе с председателем Бекером, говорят, арестовали. Родственники других советников, помимо жен и детей, также должны покинуть Люблин.

В утренние часы привезли около 1000 высланных из Ганновера и Гельзенкирхен. Они были помещены в карантин в доме 109 на улице Лешно.

5 апреля 1942
В 8 утра прибыли 1025 высланных из Берлина. В основном пожилые люди, частично интеллигенция. Много женщин.

9 апреля 1942
Утром в общине. Ауэрсвальд приказал отправить в Треблинку 160 молодых немецких евреев из карантина.

10 апреля 1942
В 10 утра утром транспорт немецких евреев от 17 до 35 лет отправлен в Треблинку из карантина в доме 109/111 улице Лешно.

11 апреля 1942
Позже зашел к Ауэрсвальду по поводу оркестра. Комиссар послал мне вчера письмо, запрещающее на 2 месяца выступления оркестра за то, что они исполняли работы арийских композиторов.

15 апреля 1942
Брандт и Ауэрсвальд сообщили нам, что завтра утром в 6 утра прибудет транспорт из Магдебурга и Потсдама.

16 апреля 1942
Поезд с новичками из Германии прибыл в 6 утра, кажется, там около 1000 человек. Я проводил их к иудейской библиотеке.

18 апреля 1942
Ходил на встречу с Ауэрсвальдом, который дал мне список, содержащий 78 имен из последнего транспорта из Германии, эти люди будут отправлены в Треблинку. Кроме того, он отдал мне два письма от работников, уже находящихся там. Один просит записи для фонографа, другой инструменты.

Я задал вопрос по поводу событий вчерашней ночи. Он знает, что случилось. Он считает, что это была умышленная акция.

19 апреля 1942
Пришли Гепнер, Штольцман, Граф и Кобринер. Что касается недавних событий они утверждают, что подпольные газеты могут привести к огромному вреду еврейскому населению.

21 апреля 1942
Утром у Брандта. Он сообщил мне, что именно подпольные газеты, появившиеся в гетто, повлекли применение репрессивных мер той ночью, и что если бумаги продолжат появляться, то будут еще более суровые репрессии.

22 апреля 1942
Они привели в еврейскую тюрьму 10 цыган, мужчин и женщин с их «королем» Квеком.

27 апреля 1942
Из Богемии прибыло 1000 человек. Их разгрузили около 6 утра. Позже они были собраны в Большой синагоге. Я выступал перед собравшимися.

1 мая 1942
До 8 утра звонок от комиссара, он приказал мне в 8 утра явиться во дворец Брюля. Оказалось, что прибыли какие-то деятели из пропаганды. Они собираются снять фильм о работе Совета и жизни в квартале.

Шеринского призвали в КРИПО на улицу Даниловишевска. Нам сказали, что он не вернется.

2 мая 1942
Брандт сказал мне, что Шеринский был арестован из-за мехов, которые он оставил на хранение у польского офицера, которого также арестовали. Далее руководить Службой порядка скорее всего будет Лейкин. В данный момент он выше всех по званию.

3 мая 1942
Утро в общине. В 10 утра явилась съемочная группа из Отдела пропаганды и стала снимать у меня в кабинете.

5 мая 1942
Утром у Брандта. Лейкин стал исполняющим обязанности командира Службы порядка.

Был в Femina, смотрел спектакль детей из школ Юденрата.

Съемочная группа часто попадается на глаза. Они снимают либо выдающуюся нищету, либо роскошь (кофейни). Позитивные достижения их не интересуют.

15 мая 1942
В 8.30 ждал дома съемочную команду. Люди явились в 8.45 и снимали до 12.30.

Город полнится слухами о депортации. Говорят о десятках тысяч. Целенаправленная работа в таких условиях достойна восхищения. И все же мы работаем каждый день. Слезы нам не помогут. Я снова и снова напоминаю себе слова Диккенса: «Ты не можешь завести часы слезами».

25 мая 1942
Утром в общине. Пробст и комиссар прибыли на улицу Tlomackie. Тридцать евреев отправили в Треблинку.

1 июня 1942
Съемочная группа велела собрать сотню мужчин и женщин, половину из высших кругов, чтобы снимать их в аудитории общины.

Ауэрсвальд позвонил в 3 часа, требуя еще несколько сотен людей для Треблинки.

19 июля 1942
Утром в общине. Невероятная паника в городе. Кон, Хеллер и Эрлих распространяют пугающие слухи, создавая впечатление, что это все фальшивая пропаганда. Хотел бы я верить, что это так. С другой стороны, говорят о том, что подготовлено 40 вагонов. Кон утверждает, что депортация начнется завтра в 8 утра с 3 тысяч евреев из малого гетто. Он сам и его семья улизнули в Отвоцк. Остальные сделали то же самое.

20 июля 1942
Утром в 7.30 в Гестапо. Я спросил Менде, насколько правдивы слухи. Он ответил, что ничего не слышал. Я обратился к Брандту, он тоже ничего не знает. Когда спросил, может ли такое случиться, он ответил, что не знает о такой схеме. Я покинул его кабинет неубежденный. Отправился к его шефу, комиссару Бому. Он сказал, что это могут знать не в его департаменте, а у Хохманна.

Я упомянул, что согласно слухам, депортация должна начаться завтра в 7.30. Он ответил, что он обязан был бы что-то знать, если бы это должно было случиться.

Не видя иного выхода, я пошел к заместителю начальника Третьего управления СС, Шереру. Он выразил свое удивление услышанным слухам и сообщил мне, что он тоже ничего о этом не знает. Наконец, я спросил, могу ли я передать населению, что их страхи безосновательны. Он ответил, я могу, и что все разговоры были полной ерундой.

Я приказал Лейкину сделать публичное объявление через полицейские отделения. Я поехал к Ауэрсвальду. Он сообщил мне, что доложил обо всем начальницу полиции СС. Тем временем Ферст отправился на встречу с Иезуитером и Шледерером, которые выразили свое возмущение и пообещали провести расследование.

21 июля 1942
Утро в общине. Незадолго до полудня офицеры службы безопасности приказали мне задержать в моем кабинете тех советников, которые присутствовали в здании общины. Вскоре члены совета в моем кабинете были арестованы группами. Одновременно были задержаны служащие из Отдела обеспечения с Гепнером во главе списка.

Я решил остаться в общине до 6, куда я заранее привел мою жену Фелицию (Юнию). Вечер был тихим. Смерти ночью.

22 июля 1942
Утром в 7.30 в общине. Границы малого гетто укреплены особым подразделением, помимо регулярного.

Штурмбанфюрер Хофле и его подручные прибыли в 10 утра. Мы отсоединили телефон. Детей с площадки напротив здания общины увели.

Нам было сказано, что все евреи независимо от пола и возраста, с некоторыми исключениями, будут депортированы на Восток. Сегодня к 4 часа должно быть подготовлено к отправке 6 тысяч человек. Это будет минимальной дневной квотой.

Нам было приказано освободить здание номер 103 на улице Желязной для немецкого персонала, который будет проводить депортацию. Штурмбанфюрер Хофле, отвечавший за депортацию, позвал меня в свой кабинет и сообщил мне, что пока что моя жена свободна, но, если депортация будет по какой-либо причине задерживаться, она будет первой кого расстреляют как заложницу.

23 июля 1942
Утром в общине. Пришел Вортхофф из служащих, занимающихся депортацией, и мы обсудили некоторые проблемы. Он исключил студентов ремесленных училищ. А также мужей работающих женщин.

По поводу сирот он мне сказал пообщаться с Хофле. То же самое и по поводу ремесленников. Когда я спросил о числе дней в неделю, во время которых будет проводиться операция, ответ был - 7 дней в неделю.

По всему городу рвутся открывать новые мастерские. Швейная машинка может спасти жизнь. 3 часа. Пока что готовы 4000. Приказано собрать 9000 к 4 часам.

Те же чиновники пришли на почту и распорядились, чтобы все поступающие письма и посылки переправляли в тюрьму Павяк".



Позже тем же днем Черняков решил покончить с собой, приняв таблетку с цианистым калием. Перед тем как проглотить ее, он написал два письма, одно своей жене, одно еврейской общине, в котором говорилось:

«Они требуют, чтобы я убивал детей моего народа моими собственными руками.
Мне ничего не остается, кроме как умереть».


Жена Чернякова, Юния, пережила войну и сохранила дневник. Яз, их единственный сын, сбежавший на оккупированную Советами территорию, не пережил войну.

PS Оставила непереведенными названия улиц и учреждений, которым не нашла перевода.

PPS Уточнение. На самом деле, сын Чернякова умер в 1942 году в эвакуации в Киргизии.
юзерпик от Смолева

Баджирао и Мастани

Посмотрела зрелищный исторический индийский фильм.

Баджирао - реальный персонаж. Он был пешвой (премьером) в государстве маратхов при правителе Шахуджи. Активно воевал, по преданию провел 41 битву и не одну не проиграл, расширял власть маратхов в Индии. Среди прочих, например, победил португальцев. Это XVIII век.



В фильме его играет красавец Ранвир Синг. Вот вам веселый военный танец:



Но фильм посвящен не столько битвам и политике, сколько любовной драме и религии. Баджирао был женат на Кашибай, родившей ему трех сыновей.

Позже он заключил второй брак. Но проблема была в том, что вторая жена, Мастани, была мусульманкой по матери, и брамины отказывались признавать брак, их сына, и семья Баджирао также была против. Он горячо любил Мастани, построил ей дворец, отписал земли, ну а родня устраивала на Мастани покушения. Особенно ненавидела Мастани мать Баджирао: обижалась, что он забросил невестку.

Одна из страшных сцен - покушение на Мастани. Тут, конечно, монтаж, в фильме последовательность кадров иная.



Вообще, Мастани полулегендарная фигура, есть несколько версий ее происхождения и их знакомства с Баджиаро. Известно также, что она была талантливой наездницей, воином, отлично пела и танцевала. Она сопровождала Баджирао в его военных кампаниях.



Вот тут Мастани поет и танцует. В роли - Дипика Падуконе. Одна из самых красивых сцен. На балконе сидит и что-то подозревает Кашибай.



Баджирао умер молодым во время очередной поездки от неожиданно начавшейся горячки. Мастани умерла вскоре после того, как узнала новость о его смерти. Не известно, от горя или это было самоубийство. В фильме версия очень романтичная. Прямо: "Пусть матери нас хотят разлучить, разбить любовь жестоко, но рядом, Джонни, мы будем спать, на самом дне потока".

Что интересно, после смерти Баджирао и Мастани их сына взяла себе и воспитала Кашибай. В фильме Кашибай первой и единственной в семье, в конце концов, принимает с уважением Мастани. И закрывает двери своих покоев мужу. Играет ее Приянка Чопра.

Вот танец Мастани и Кашибай (Мастани надела подаренное Кашибай сари, поэтому они одинаково одеты).



Фильм очень красивый, музыкальные сцены и пафос совершенно уместны. И, в общем, становится понятно, почему Баджирао даже не задается задачей выбора из двух жен, и не сравнивает их между собой. А самым жестоким человеком оказывается его собственный старший сын.

Смотреть стоит.