Под катом рассказ.
Ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов, когда прочитаете.

1. Было ли страшно читать и в какой момент?
2. Как вам вообще?
3. Насколько ясно и очевидно ли поведение героев?
4. Так что там, на самом деле, произошло?
5. О чем я хотела сказать этим рассказом?
6. Выбранный стиль работает на мою цель или против нее или вообще всем пофиг?

Хочу понять, насколько расходится мое представление о том, что я пишу, с читательским.

( Read more... )

первое июня

Ванна фак зе баттерфляй?
Тич е пенис ферст ту флай.
Так распевают младшие ученики охотников за бабочками, пока учат теорию. Потом – первый поход за материалом и мысли о плотском надолго оставляют. Бабочки редко бросают своих мертвецов, но если уж такое происходит, то в каком-нибудь труднопроходимом ущелье, на болоте, в овраге. В общем, к приходу охотников труп успевает разложиться. Первая задача – срисовать узор крыльев. В это время остальные отгоняют хищников и готовятся к разбору материала. Нам повезло. Мы везем живую бабочку и можем не тратить времени на рисунки, этим займутся президентские художники. Я почти не сомневаюсь, что мы ее довезем. Понятно, почти все почести достанутся Доктору, но заработает на этом даже последний проводник. А я точно решу свои проблемы.
Анна как-то спросила, почему я никогда не сравниваю ее с бабочкой, как делают другие мужчины. Я объяснил, и она обиделась. Но теперь никаких обид не будет. Я куплю ей столько золотых бабочек, сколько она захочет.

( Read more... )

(сказывается работа с детьми. Рассказ с матом. Мама - не читай).

Мои френды занялись интересным делом. Они экранизируют литературные поединки.

Я стала вспоминать. Нет, я ничего в поединках не понимаю, поэтому у меня герои погибают, обычно, как-то нелепо. Составила список.

Конкурент журналиста – забит механической печатной машинкой
Доктор Зюндер – расстрелян ополченцами
Безымянный любовник – отравлен
Старушка – умерла в постели
Леша Ельцов – превратился в елку и был срублен 31 декабря
Несколько безымянных полицейских – растоптаны танцующими патриотами
Степан Барзой и его подручные – растянуло машиной времени на сотню лет
Андрей – сломал ключицу и задохнулся без кислородной маски на поверхности Марса
Физрук – забит кофемолкой, Семенова – убита одноклассниками (подробности не ясны из-за истерики рассказчика, а я не помню)
Сергей Силин – парализован любовницей и съеден своими детьми от бабочки
Кривоногий незнакомец – зарезан шпаной
Брент и Вивиан – погибли при запуске гигантских человекоподобных роботов (его завалило, она сгорела), собака Брента умерла от голода.
Люда – друзья мужа замучали до смерти в гараже. Там же родами умирает другая женщина.
Планета Новая-4 со всеми жителями – взорвана
Гьери – вместе с лошадью упал в реку и утонул
Игорек – убит маньяком в заброшенном деревенском доме
Вера – убита вампиром
Старик – умер на улице от сердечного приступа
Света – убита группировкой Резо, Стасик – убит сотоварищами, Вадим и Рафик – поубивали друг-друга, Резо – упал на острый штырь, позже загрызен собаками
Эстер Гирш – расстреляна как враг народа, Семен Левицкий – убит кулаками (застрелен)
Космическая станция – сожжена на карантине
Гнилой, собаки, Николай Иваныч, Денис Гордийчук – задавлены мстительным красным автомобилем
Дитмар и Урсула – убиты духом города (Вены, зарезаны)
Андрей – убит чудовищами из супермаркета
Девочка в подъезде – зарезана ножом для бумаги
Девушка – умерла от анорексии
Людмила – умерла от сердечного приступа
Пиннокио – стал человеком и умер от простуды
Грабители – утонули в холодной реке
Мэр Реммельна – застрелен соперником, Гретелли
Владыка Гриндейла – повешен эльфами (жители перебиты)
Анна – растворилась в темноте
Черный маг – сожжен драконом

А ваши персонажи от чего умирали?

Летучка ангелов проходила без Главного.

- Так даже спокойнее, - перешептывались они.
- Как там с праведниками? - спросил Заместитель.
- Ну, цифры показывают, что...
- Мне не надо цифры. Давайте конкретнее, а то Шеф уже сердится.
- Если конкретнее, то с утра помолится - праведник. Выйдет из дома, увидит козу соседа или жену соседа, позавидует - и уже грешник. Я не знаю, как с такими показателями мы будем рай заселять.
- Слушайте, а у меня есть предложение!
- Валяй.
- Вообще-то не по протоколу.
- Да пусть говорит.
- Давайте формализуем процесс!
- Это как?
- Ну, вот я придумал. У каждого над головой, с сознательного возраста, пусть будет такое кольцо или венец. И если праведник - то оно пусть светится. А у грешников, соответственно, чернеет. Ну и людям будет стыдно с темными кольцами, станут каяться, добрые дела творить. Как вам? Кстати, и облегчим себе работу с сортировкой душ. А кольцо я предлагаю назвать Нимбус, хороший получится бренд, - если упешно пойдет, то и зонтичный, распространим на другие планеты.
- А что ты имеешь в виду под сознательным возрастом?
- Ну, лет 14?
- Ты что, у меня одна 12-летняя была, знаешь, что вытворяла!? Причем совершенно без принуждения.
- Так! Речь сейчас не об этом.
- А ты видео записал?
- Господа! Прошу внимания! Нам предлагается разработать совершенно новую модель и представить ее Шефу. Давайте сосредоточимся. Мне предложение кажется перспективным. Что скажет хозотдел?
- Ничего не выйдет.
- Почему?
- Физически мы эти, нимбы...
- Нимбусы!
- Нимбы. Короче. Физически мы их не поддержим. А маны нам не хватит. На всех. Даже если с 14 лет. Люди, между прочим, плодятся!
- Маны, значит, не хватит. Вы что, хотите сказать, что у нас Господь не Всемогущий, а!?
- Да я же это. Только по ресурсам. Вон, пусть инженерный отдел скажет. Я-то че?
- Господин Заместитель! Ну посмотрите на раскладку сил. Я же вам еще в тот раз говорил, когда вы для надежности велели брать всякой твари с запасом. Да, Господь, несомненно, Всемогущ. Но он велел соблюдать закон сохранения. На Земле нам действительно не хватит сил на нимбусы. И, кстати, почему креативный отдел заранее об этом не подумал? Но мы можем снять проект с пары планет, и перевести освободившийся ресурс.
- Подождите, подождите, у меня идея. А пусть они загораются раз в месяц. Или даже раз в год. Люди будут собираться на специальной службе в храме, кто себя хорошо вел - получит подарок от патриарха?
- А они не взбунтуются? В смысле, те, кто плохо себя вел. Я б взбунтовался.
- Вы, альтернативный отдел, всегда переоцениваете способность масс к бунту. А идея вроде не плохая. Что с ресурсами?
- Ну, если отменим эльфов, то хватит.
- Может не надо эльфов. Вы же знаете, какие они злопамятные?
- Так. Ставим на повестку?
- Ставим.
- Я объявляю голосование по вопросу новой модели оценки праведности. Угу. Альтернативный отдел, как всегда, против. Остальные за. Вопрос решен. Секретарь занесите в протокол. Креативный отдел - составьте нормальным языком написанную заявку с учетом внесенных поправок. И пишите ТЗ. Заодно направьте заявку в канонический отдел, пусть сразу начнут разрабатывать новую скрижаль и разберутся с казусами, типа продажи нимба, чтобы не было, как с душой. Отдел по связям с общественностью подбирает пророка. Когда все материалы направите мне, я переговорю с Шефом.
- Поздно.
- В чем дело?

По мановению ангельского крыла облака раздались и стала видна поверхность Земли.

- Он опять убил всех людей.

Внизу горели немногочисленные города. Беженцев на дорогах метко настигали и превращали в кучки пепла огненные стрелы. Рассерженный Дух Божий носился над пожарищем, форся на поворотах.

- Знакомая картина.
- Теперь скажет заново весь проект переделывать.
- Расходимся. И за работу!

Иво Берн засыпает под звуки популярной песни. Три девушки в бикини поют о том, как они счастливы жить одним днем. Одна обходит другую, чтобы ее грудь, живот или бедра показали крупным планом, затем третья. Сквозь дрему Иво думает, что было бы забавно, если бы девушки перепрыгивали друг друга, как в чехарде. Еще ему кажется, что он проваливается сквозь матрас в какую-то глубокую, но уютную яму, но тут выясняется, что на дне ямы острые колья.

- Черт!

Иво подскочил на кровати и понял, что на какое-то время провалился, в сон, а не в яму: на экране давно уже не девушки, а диктор ночных новостей прощается со зрителями. «Забудем события сегодняшнего дня», - с улыбкой говорит он и нажимает на большую серую кнопку. Тогда Иво вспомнил, что он забыл сделать перед сном, что не дает ему уснуть. Очистка памяти.

На прикроватной тумбочке блока нет. Вот забытый огрызок яблока, металлический гребешок, пачка салфеток, пустой стакан со следами чая и еще один – со свежей водой, два пульта: от экрана и от теплопровода, пара начатых смарт-буков, но Иво, конечно, не помнит, о чем в них шла речь. А блок куда-то подевался.

Пока г-н Берн ищет свой блок памяти, он невольно вспоминает прошедший день. Право, сегодня не было ничего, что стоило бы держать в голове, обычная заводская рутина. Он точно помнит, что записал все важные звонки и задачи на завтра в своем ежедневнике. Ужасно хочется спать и, конечно, можно было бы не искать глупую машинку, а оставить прошедший день, как есть. А если он потерял блок? Это же какая возня восстанавливать, хуже, чем телефон. Нет, ну куда он мог пропасть?

Наконец, Иво идет за фонариком, светит под кровать, и точно – блок валяется в самом углу, наверное, он случайно уронил его туда, когда складывал этим утром диван.

«Ну, запомню два глупых дня, вместо одного», - думает Иво, рассержено закутывается в одеяло и нащупывает в изголовье кнопку POWER. Выключаются телевизор, свет, теплопровод снижает температуру воздуха.

Утром Иво Берн собирается с непривычным ощущением вторичности всего, что он делает. Именно чтобы такого не было, и изобрели блоки, – думает он. По дороге на работу он невольно вглядывается в проезжающие машины – те же самые, что вчера, или какие-то другие? А прохожие? Помнят ли они, как он шел мимо них вчера. Небоскреб на Пятой улице. Вчера ему казалось, что тот вырос вдвое, еще бы, ведь последний раз он не выгружал из памяти рабочий день после повышения – приятное воспоминание. А это было, это было в марте. Но теперь он может сравнивать вид стройки вчера и сегодня, и не замечает никаких изменений. Жизнь теряет темп без блока, – Иво невольно вспоминает текст социальной рекламы.

Никак невозможно настроиться на рабочий лад. Вчера на столе в проходной стоял тот же пыльный пластмассовый букет, это точно. Вот в лифт с ним теперь зашли другие: господин Кемберс, из инженеров и Яков – из соседнего ряда в опен-спейс. А вот госпожа Клейн и вчера ехала вместе с ним, и тоже вышла на его этаже. Снова воскликнула «Ой, мне же надо было выйти раньше», снова побежала к лестнице, и он снова подумал, что если она опоздает, то ей сделают выговор. И тут никакой блок ее шефа, госпожи Шисс, не поможет: опоздания заносятся в журнал.

Иво сел за стол, компьютер узнал его и автоматически включился, но менеджеру не удавалось сосредоточиться на работе. Возможны два вариант. Первый. У госпожи Клейн, а она очень миленькая, следует признать, петля памяти. Каждое утро она решает подольше побыть с ним в лифте, потом стирает свою память, и снова просыпается с тем же решением, но дальше дело не идет, ведь и он ничего не помнит. А почему, впрочем, он? Она ведь могла решить подняться вместе с Яковом. Нет. Вчера все, кроме него, выходили на других этажах.

Второй вариант. Она не стирает память, она помнит. Ему показалось, или вчера он сталкивался с ней взглядом в столовой? Вернее, она как будто поймала его взгляд. Как это все не вовремя и странно. Ему нужно работать, совершать звонки. Но мысль о том, что кто-то сознательно забивает себе голову, не дает себе покоя, чтобы помнить о нем, невольно льстит. Последнюю порцию лести и похвал, не совсем искренних, Иво принимал в марте, в повышение. Так что не удивительно, что он чувствует себя слегка, скромно-корпоративно, пьяным. Женщина следит за ним, жертвуя своим благополучием, своей памятью. Черт! Нехорошо, но приятно.

На этот раз, в столовой, куда он невольно пришел раньше всех в отделе, Иво сам стал внимательно смотреть по сторонам, так что чуть не сбил с ног кого-то из начальства помельче. Это самое крикливое, как известно. Им и такую ерунду не лень в журнал записать. Но тут его взгляд встретился с взглядом госпожи Клейн, и началась игра.

Блок пылился под кроватью, ведь каждый день теперь казался особенным, и жизнь не то что не теряла темпа, дни пролетали с пугающей скоростью. Уже неделя, как они кружили вокруг друг друга с госпожой Клейн и не решались сойтись. Откуда ей знать, что я знаю. Откуда ему знать, что я помню.

Здание небоскреба на Пятой улице росло как на дрожжах. Иво дочитал все свои смарт-буки, потому что ночами не спалось, и даже взялся за какую-то объемную электронную книгу. Он бы не смог передать сюжет, но запоминал текст целыми кусками и в каждой фразе видел какой-то особый, сияющий смысл. Света в окружающем мире вообще становилось все больше, хотя это, скорее всего, из-за весны. В один прекрасный день он принес на проходную букет мелких гвоздик, чтобы поменять, наконец, этот ужасный пластмассовый букет на стойке. Она как-то пожаловалась подруге в столовой, что не может смотреть на него, а он как бы случайно услышал.

Его вызвало начальство. Один из мелких. Никто не удивился, тут вообще никто не удивлялся, потому что никто ничего не помнил, разве что очередные тренинги или последний корпоратив – до того момента, как тебя стошнило на акционера. Акционер тоже сотрет это воспоминание, если он не мстительный тип.

- Познакомьтесь с господином Нарихтом. Он хочет задать вам пару вопросов.

Иво видел господина Нарихта в эти, памятные, дни. И успел понять, что он работает в этическом отделе. Господа из этического вели себя довольно разнообразно, в отличие от его коллег, видимо, им было важно сохранять свою память для каких-то целей.

- Когда вы последний раз пользовались блоком памяти, господин Берн? – прямо спросил Нарихт.
- Несколько дней назад… Я, э, потерял его куда-то, - зачем-то соврал Иво.

Нарихт и начальство переглянулись, и Нарихт достал из пиджака маленький черный пульт.

- Универсальный, - пояснил этик: В виде исключения, так как вы отличный сотрудник, мы можем помочь вам прямо сейчас. И напишем вам записку, что вам надо обязательно найти ваш блок или как можно скорее обратиться в центр восстановления в случае пропажи.

- Но я… Вы же не спросили дату последней выгрузки!

Господин Нарихт нажал на большую серую кнопку.

- Прошу прощения?

Иво не помнил, как оказался в кабинете начальства.

- Господин Нарихт говорил об истинных ценностях, корпоративных, я имею в виду. Что вы думаете о лишних эмоциях, господин Берн?
- Ну, они меня не беспокоят.
- Я думаю, господин Берн может идти?
- Да, вы свободны. Ваша записка.

В лифте рядом с Иво оказалась госпожа Клейн. Когда ему объявляли о повышении в прошлом марте, она очень мило его поздравила от лица своего отдела, тогда он и запомнил ее фамилию. Почему-то ему захотелось заговорить с ней.

- Простите, вы случайно не помните 16 марта прошлого года?
- Извините, - она вежливо улыбнулась, - у меня последний сохраненный день был где-то в феврале.

Это конкурсное эссе про будущее (2017 год).

Сам конкурс, с правилами, ТЗ и так далее - по ссылке.
И вы еще можете в нем поучавствовать, если ооооочень поторопитесь

А проголосовать за меня можно, оставив одобрительный комментарий вот тут.

---

"Моргни" - тихо сказал компьютер. ( Read more... )

Начала ещё зимой и только сейчас дописала, наконец, "Рыцарскую сказку". Чтобы по ссылкам вам не бродить, соеденила все части в одно, все равно они короткие. И несерьезные.

- 1 –
Однажды теплой майской ночью на город Вальдшнаппс налетел чудовищный дракон. Перед ратушей он, впрочем, успел затормозить крыльями, так что ударом воздуха во всех богатых домах на главной площади повыбивало пестрые венецианские стекла. Дракон тяжело набрал высоту и выдохнул струю пламени в сторону самой высокой городской башни - рыночной. На развороте сорвал когтями и уронил статую святого Анонима с собора и улетел в сторону Двуглавой горы.( Read more... )

Маркетинговый анализ показал, что слово «фея» вызывает у потребителей ассоциации с чем-то розовым или голубым. Розовый был немедленно отвергнут. И теперь я разглядывала в зеркальном стекле что-то вроде василькового облака у себя на голове. Если я и походила на фею, то из тех, кто приходит на праздник, когда все уже выпито. А потом от обиды заражает супер-модель спорадической амфибиозностью.
- Привет, Голубая фея! – раздалось из-за стекла. Я перевела окно в режим прозрачности. Снаружи на узком карнизе элегантно сидел мой гость, под ним 37 этажей небоскреба ныряли в темноту.
- Привет, глупый деревянный человечек.( Read more... )

слабый рассказ

Вечеринка удалась: соседи уже дважды приходили с жалобами на шум. Кто-то опрокинул бутылку красного, и брызги попали на новый свитер Анны. Она застирывала пятно в ванной, когда вдруг погас свет.
«Идиотская шутка», - подумала Анна: «Они что, всерьез считают, что я испугаюсь?»
Она натянула сырой свитер и осторожно вышла в коридор
- Хватит дурить! Я все поняла.
( Read more... )

Возобновила старый проект. Эта часть была задумана довольно давно, что, я думаю, заметно.

Преамбула
Статья первая
Статья вторая

Статья 3

В тесном, накуренном помещении остались лишь самые стойкие, элита ЖЖ. Интимно стряхивая пепел тонкой сигареты на колено соседу, высокий ЖЖ-ст произносил:
- Каждый человек имеет... право, вы не находите?

Потянуло сквозняком и в помещение завалилась компания незнакомцев. Неодобрительно бормоча, бармен нацедил им текилы.
- Я - свободен! - заявил лидер новичков.
- Когда я слышу слово "свобода", - потянулся было за пистолетом бармен, но в этот момент организатор вечера, наконец, врубил караоке. Под "Темную ночь" на маленькую сцену выскочил обаятельный бородатый ЖЖ-ст в расшитой крестиками рубахе, танцуя народный танец.
Новичок отпустил руку своей светловолосой спутницы и как завороженный уставился на танцора. Тот подходил все ближе, ближе, его начищенные сапоги блестели как смоль. И квас стекал по ним.
Грянул выстрел, и пуля пробила руку ЖЖста. Он посмотрел на танцора сквозь дыру в руке и поймал его кровенеющий взгляд.
- А правда, что под Рождество всегда холодно? - спросил новичок.
Подобный локомотиву танцор сорвался с края сцены и впился зубами в горло коллеге-ЖЖсту. Все тысячники повскакивали с мест, на ходу принимая истинные дьявольские личины. Трепетали черные крылья, из ноздрей валил дым, бармен грыз стакан...

- Стоп, стоп, стоп! - скомандовал кто-то мягким голосом и фигуры дерущихся виновато замерли: Нет, за что вам-таки платят? Наша декларация должна быть привлекательной для людей, позитивной, как, как...
- Премия?
- Пиар?
- Скандал?
- Для начала сойдет, - согласился неожиданный начальник: Каждый ЖЖ-ст имеет право на премию, пиар и скандал. Вот за это стоит и горло другу перегрызть!
И они продолжили пить кровь.

Вон, послала рассказ на конкурс, даже в длинный список не попала: http://www.sombra.ru/?l=ru&key=longlist1
Все, выкладываю здесь.

( Read more... )

рассказ для jr_jt

Сюзанна лениво поправила тряпичный куль, изображавший младенца, и медленно двинулась сквозь толпу, протягивая к прохожим правую руку, не в просящем, а словно в танцевальном жесте. Ей подавали неохотно, впрочем, цель прогулки была не в милостыне.( Read more... )

Рассказ для ilya_lizard

Конь нес всадника по узкой тропинке, выбивая копытами полукружья сырой земли. Наездник привставал, бил пятками, тянул и понукал. Казалось, он хотел спрыгнуть и побежать впереди и ещё тянуть коня за собой, и тогда они двигались бы быстрее.

Фло и Клара сидели на старых сиденьях от кресел на каменистом берегу реки и наблюдали за хомяками. Вообще-то родители не разрешали им играть у реки. Каменная была бешеной, холодной рекой с каменистым дном неизвестной глубины, опысным обрывистым берегом. Но Фло рассудила, что они не простудятся, сидя на холодных камнях, если захватят с собой старые сиденья. Они не заблудятся в лесу, потому что хорошо знают дорогу. И они не упадут в реку, потому что не так ведь они глупы с Кларой. Вот хомяки могли бы спрыгнуть в воду.
- Верно, Клара?
Клара молчала, значит была согласна.( Read more... )

Элла Исаковна - это, в первую очередь, пыль. Пыль повсюду.
С мороза приходит студент Егоров, румяный и полный. Топает ногами, стряхивая снег на пыльный половик. Надевает пыльные шлепанцы, изжеванные покойным Тузиком. Пробирается по коридору, заставленном пыльными связками книг, коробками с вещами, неразобранными после переезда. Тщательно моет руки и привычно заходит на кухню. Элла Исаковна уже достала из холодильника булку с изюмом, плавленый сыр и докторскую колбасу. Она насыпала заварку-труху прямо в старенькие чашки, залила кипятком. И все это, даже чай и сыр - пыльное.
Студент с изуверским провинциальным произношением твердит домашнее задание - доклад "Майне Фройнде". Глаза его скользят по пыльным полкам секретера, горке со статуэтками пастушек, телевизору, накрытому пыльной вышитой салфеткой. Он откровенно скучает, и Элла Исаковна, чуть рассердившись, начинает более сложную тему, чем собиралась. Егоров трет глаза, его здоровый румянец усиливается. Он чихает от пыли. Мучительно вглядывается в картинки учебника. Лицо пунцовеет, в глазах встают слезы. Элла Исаковна приносит студенту кларитин, и, жалея больного, отпускает с большим домашним заданием.
( Read more... )

Леша Ельцов заболел сразу после Нового Года.
( Read more... )

Я попал в скучнейшую пробку в центре. Рассмотрел витрину «Изжоги», краешек чего-то шелкового в соседнем бутике, тонированные стекла Аккорда в левом ряду и лучше всего – лысину на макушке моего водителя. Я собирался выкурить очередную сигарету, когда впереди поднялся шум, раздались крики.( Read more... )

Рассказ в рамках субботней игры. Для knight_raven на тему: "Зеленые черти - не вымысел, но объективная реальность".

Хозяйка шла через рынок, огибая ряды, рассматривая прилавки. Снимала пробу, просила кусок на зубок, щупала грязными пальцами нежные синенькие, запускала горсть в ведро с квашеной капустой, тянула пористый нос к сладкому винограду. Торговки на её пути проклинали и чертыхались, подвигая к себе товар.( Read more... )

Рассказ для daryonka

Звонок в дверь, шаги, шум, смех, приветствия, шорохи курток и плащей. Старый Киссинджер вырвался из леса человечьих ног и в два захода запрыгнул на шифоньер, откуда весь оставшийся вечер поглядывал на гостей блестящими желтыми глазами.
Вошли Сережа, Андрей с женой, Верочкой и маленькой Соней в коляске-переноске, близнецы Света и Маша.
Сережа, едва не роняя вешалку, шумно приветствовал маму, и сразу же заорал: «Ты так и не поменяла планировку! Мама! Это же позор эрэфских конструкторов, тут все надо переделать!!!» Мама едва успевала раздавать тапочки. Девушки ушли мыть руки. Вера тихо спросила, куда можно уложить спать ребенка. Андрей навис над обеденным столом с коробкой торта, не зная, куда её поставить. Мама, как обычно, перебрала с закусками и салатами. Света и Наташа подошли к разным краям стола, и под их серьезными взглядами посуда сама собой раздвинулась и встала более удобным образом, освободив место в центре. Торт был водружен на стол, открыт, и оказался темно-синим кубом, чем-то похожим на кубик рубика.
«Кибур-кибук!» - воскликнул Андрей.
Мама растерянно оглядывала детей, кажется, за время отсутствия они ещё выросли. Так куропатка неожиданно обнаруживает, что высидела стаю волчат.
Расселись. Напитки распределены.
«Ну, - объявил Андрей: наконец-то, мы собрались».
«За встречу!» - немедленно встрял Сергей.
Застолье шло привычным образом. Мама вспоминала старые истории. Вера и Андрей рассказывали об успехах дочки. Света и Маша молчали, неодобрительно поглядывая на Сергея, тот быстро опьянел и вещал, перебивая всех, о проектах каких-то гипер-домов. Вера через некоторое время встала и подошла к подоконнику: «Что-то коланхоэ вас не цвет, ему же самое время». Она провела рукой над горшком, и растение, вздрогнув, выбросило связки крупных красных цветов.
Когда дошла очередь до пугающего маму торта, оказалось, что внутри он состоит из легко отделяющихся друг от друга разноцветных блоков, каждый со своим вкусом. Андрей принимал заслуженные похвалы.
После чая Света и Маша стали собирать грязную посуду. Тарелки церемонно улетали на кухню и складывались в посудомоечную машину.
Мама зашла в спальню, чтобы посмотреть на внучку. Девочка мирно спала. «А ей не вредно музыку слушать?» - спросила мама, увидев, что на голову ребенку одели большие розовые наушники. «Это не музыка», - грустно сказала Вера: «это курс английского языка. Готовим к садику». «А не рано?» - удивилась мама. «Что вы, мы и так недобираем баллов, не хотели раньше мучить ребенка. Теперь вот торопимся. Сейчас в садик так легко не попадешь».
Зашел Андрей: «Ну что, собираемся домой? Серега уже хорош».
- Что-то он много пьет, - покачала головой мама: как же его проекты?
- Мама! Да у него каждый месяц новые проекты, а работать он и не работает, только голову всем морочит. Поставил нам свои гипер-подоконники в апреле, еле переделали на нормальные.
- Я говорила Андрею не одалживать Сереже денег, - с укоризной добавила Вера.
«Мамуль!» - Серега шатался по коридору в одном уличном ботинке: «Дай я тебя поцелую!»
- Как там девочки? – мама ретировалась на кухню.
Света и Маша уже расставляли чистую посуду.
- Я бы по-другому тарелки расставила.
- Это не твоя кухня, а мамина.
- Ну и что? Было бы удобнее.
- Зачем лезть в чужие дела, может, ей так удобнее?
- Я не лезу, что ты вечно!?
- Я что?!
Света, потеряв концентрацию, упустила очередную тарелку.
- Ещё и бьешь чужие вещи, - съехидничала Маша.
- Твое какое дело, святоша!
- Ты мать в могилу загонишь!
Теперь машина тарелка, не удержавшись в воздухе, упала на пол.
- Девочки, девочки!
Мама смотрела на дочерей. Одинаковые, с ясно-синими глазами, они злобно смотрели друг на друга, ведя телепатическую схватку.
«Собирайтесь, - строго сказала мама: я сама все расставлю».
Наконец, все собрались и с шумом, шорохом, топотом вышли.
Квартира странно опустела.
Мама прошла в гостиную. Каланхоэ, не выдержав нагрузки, роняло крупные душистые цветы. Земля в горшке пересохла. Мама растерянно взяла лейку и начала поливать растение.
С шифоньера грузно спрыгнул кот и подошел, чтобы потереться об ноги хозяйки.
Мама отставила лейку и мысленно обратилась к коту: «Дети. Разве мы были такие же, Киссинджер?»
«Котята растут», - зевнув, ответил кот. «Рррыбки, хозяйка, ррыбки!»

Патриотический отечественный киберпанк для _tsukasa - победителя этой субботы!

( Read more... )

... во ересь-то получилась...